0_a5a9d_690b2f82_XXXL

Вечерний Санкт-Петербург Колокола под облаками

Обновленная, отреставрированная с иголочки Александро-Невская лав­ра, только что запустившая несколько новых туристических маршрутов, открыла для экскурсантов двери своей северной колокольни.

…Вход на лестницу, ведущую на колокольню, расположен непосредственно в Свято-Троицком соборе. Лестница – очень узкая, каменная, винтовая – змейкой идет вверх. Нужно подняться на тридцать метров, примерно на высоту десятиэтажного дома. Кажет­ся, что не так уж и много, но крутизна лестницы заставляет все-таки сделать на середине пути маленькую передышку. Но вот сноп света – и мы выходим на колокольню.

Увиденное стоит затраченных усилий. Мы стоим под колоколами, и перед нами открываются петербургские дали. Нева с ее мостами… Они отсюда кажутся игрушечными. Солнце сверкает на золоте куполов петербургских церквей (мы насчитали полтора десятка храмов, даже далеко расположенный Новодевичий монастырь просматривается). Хорошо видна Петропавлов­ка, которую уже перерос еще строящийся «Лахта-центр». С высоты даже такие утилитарные здания, как мукомольный комбинат, бизнес-центры, трубы ТЭЦ и фабрик, смотрятся необычно – словно из романа-фэнтези.

Сама территория лавры утопает в зелени, сквозь которую прорываются верхние этажи корпусов и купола. Кстати, как пояснил сопровождавший нас иеродиакон Марк, руководитель паломнического центра монастыря, в церкви Всех Скорбящих Радость, расположенной при входе в лавру и являющейся как бы переходной между светским и монастырским мирами, можно обвенчаться. А еще, добавляет отец Марк, во время реставрации этой церкви выяснилось: ее стены реагируют на вибрации от метрополитена и даже на волны от проходящих по Неве судов. Пришлось применять более прочные материалы.

Рассмотреть вблизи колокола – тоже интересно. Их огромные металлические языки зафиксированы канатами. Как пояснил отец Марк, колокола разнятся по весу. Есть шеститонник, есть трехтонник. Остальные – значительно мень­ше. Самый маленький – четыре килограмма. Почти все колокола отлиты в наши дни, родные колокола собора не сохранились. После Октябрьс­кой революции, возможно, были пущены на переплавку и пошли то ли на монеты, то ли на котлы для советского общепита.

kolokolnya2-e1498652451745

А на соседней южной колокольне, куда посторонних никогда не пускают, – самый большой колокол лавры: весит 18 тонн. Гигант отлит в память Александра Невского в городе Каменск-Уральске три года назад и доставлен на автоплатформе в Петербург.

Когда раздается колокольный звон, мы удивленно оглядываемся: ведь звонарь не поднимался на площадку. Оказалось, что на южной колокольне установлены часы-куранты – «электронный звонарь». Каждые 15 минут раздается перезвон, причем время на этих часах – сверхточное. Дело в том, что часы связаны со спутником и синхронизированы по мировому отсчету времени.

Спускаемся вниз, выходим из собора, поворачиваем налево, к Феодоровскому храму лавры. Там идет реставрация, так что внутрь не попасть. Но для журналистов «Вечёрки» сделали исключение. Храм двухэтажный, первоначальный проект принадлежит Трезини, верхний храм был освящен во имя Феодора Новгородского, брата Алексан­дра Невского, – отсюда и название. Других церквей во имя Феодора Новгородского в Петербурге нет.

В красивейшем храме после революции чего только не было: и автомастерская, и столярный цех, и рабочее общежитие, и дом для беспризорников. Вряд ли случайная история здесь произошла. При советской власти в верхнем храме возводили балки для второго этажа. Когда плотники покинули место работы, выяснилось, что балки уперлись прямо в алтарную роспись, изображающую Тай­ную вечерю, и повредили изображения голов всех апостолов. За исключением Иуды, его изображение как раз не пострадало…

Сейчас верхний храм практически восстановлен, и о временах былых напоминает специально оставленный неот­реставрированным фрагмент настенного орнамента да небольшая фотовыставка, на которой запечатлено состояние памятника, в котором он был передан Русской православной церкви. Например, слева, где сейчас дивная настенная роспись «Поклонение волхвов», был закуток и классический совковый общественный туалет с колотыми унитазами и ржавыми раковинами.

В нижнем храме работы в полном разгаре. Во время реставрации были обнаружены многочисленные захоронения XIX века, считавшиеся утраченными.

– Каждое надгробие необходимо было просушить, очистить от машинного масла и цемента – следов пребывания мастерских, – поясняет отец Марк. – От некоторых плит, к сожалению, остались лишь куски. А по сохранившимся можно узнать, что здесь находится некрополь грузинских царевичей и царевен, например есть захоронение Тей­мураза, сына последнего грузинского царя Георгия XII. Эти успыпальницы – свидетельства тесных отношений России и Грузии времен империи. Целый пласт истории!

…Мы покидаем лавру, и, словно на прощание, с колокольни снова звучит «электронный звонарь».